Проповедь Святейшего Патриарха Кирилла: Нам явлен образ Спасителя, чтобы мы спаслись, подобно жителям древней Эдессы. Неделя 14-я по Пятидесятнице.

Текстовые проповеди Патриарха Кирилла

29 августа 2010 года, в неделю 14-ю по Пятидесятнице и день празднования перенесения из Едессы в Константинополь Нерукотворенного Образа (Убруса) Господа Иисуса Христа (944), Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную литургию в Спасо-Андрониковом монастыре. После чтения Евангелия Предстоятель Русской Православной Церкви обратился к собравшимся с проповедью.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Сегодня большой праздник, который совпадает с воскресеньем. В народе мы называем этот день Третьим Спасом — праздник установлен в честь перенесения Нерукотворного Образа Спасителя из Эдессы в Константинополь, которое состоялось в 944 году по инициативе византийского императора Константина Багрянородного.

Все присутствующие (или, по крайней мере, большинство) хорошо знают историю Нерукотворного Образа, но я бы все-таки напомнил ее, потому что в этой истории обретаются некие символические совпадения с днем сегодняшним.

Эдесский царь Авгарь болел проказой. Услышав о чудотворце — Иисусе из Назарета — царь посылает к Нему знакомого художника, повелевая написать изображение Спасителя и пригласить Его в Эдессу. Посланный не может даже подойти к Господу, потому что огромные толпы окружают Его, и пытается издали, с холма, нарисовать Его портрет, но ничего не получается. Когда посланник уже отчаялся исполнить повеление, Господь Сам подозвал его и обещал вручить то, что необходимо царю Эдесскому. И, умывшись, Господь вытер лицо Свое полотенцем, на котором чудесным образом отобразилось Его изображение, и отправил это изображение вместе с письмом царю Авгарю. Тот по вере своей исцелился, а позже апостол Фаддей пришел в те места, где проповедовал Христа и крестил, и по молитвам Фаддея оставшиеся следы проказы исчезли с лица царя Авгаря.

Правнук Авгаря был идолопоклонником, язычником — он отступил от христианской веры своего праотца и покушался на христианские святыни. И тогда епископ Эдессы, опасаясь, что Нерукотворный образ Спасителя, висевший на крепостной башне над входом в город, может быть уничтожен, тайно, ночью закрывает этот образ штукатуркой.

Так образ исчез. Только в 545 году, когда к Эдессе подступили персы и над городом нависла страшная угроза, епископ, получив откровение свыше о том, что чудотворный образ Спасителя по-прежнему находится на той самой башне, открыл этот образ. С горячей молитвой жители Эдессы обратились ко Господу, и враг не посмел войти в город.

Я напоминаю эту историю потому, что в ней есть некое символическое совпадение с тем, что мы сегодня празднуем, и с тем, что вчера произошло на Красной площади. Вообще, сам факт совершения богослужения здесь, в Спасо-Андрониковом монастыре, 29 августа — это случайность. Из-за очень напряженного графика богослужений и прочих ответственных дел, связанных с Патриаршим служением, я никак не мог выбрать день, когда можно было бы в юбилейный год 650-летия монастыря совершить здесь богослужение. В конце концов оказалось, что единственная возможность совершить богослужение в теплое время года — это сегодняшний день. Никто тогда еще не знал, что будут обретены иконы на Спасской и Никольской башнях. Но вот получилось так, что два эти события оказались соединенными воедино, и история древней Эдессы непостижимым образом стала настолько очевидной для всех нас.

Наверняка были ученые, исследователи, которые весь этот рассказ про эдесского царя, про Нерукотворный образ воспринимали как всего лишь легенду. Но как же поразительно все то, что произошло со Спасом на Спасской башне в городе Москве, повторяет эту историю с Нерукотворным образом! Как и в древней Эдессе, ко власти пришли язычники, люди, не верившие в Бога, которым сам вид иконы на главной башне Московского Кремля претил, не соответствовал их убеждениям. И отдан был приказ уничтожить эти иконы, но по милости Божией с ними произошло то же, что произошло с Нерукотворным образом, — они были закрыты от глаз гонителей и сохранены, и ныне явлены нам.

Нерукотворный образ был явлен, когда царь персидский Хосрой подступил к Эдессе, чтобы разрушить город; а ныне образ Спасителя явился народу нашему и всему миру без видимой угрозы внешней опасности. Но разве только внешние опасности влекут за собой гибель человечества? А сколько в жизни современного человека внутренних опасностей, сколько опасных мыслей, которые отторгают человеческое сердце от Бога! Сколько усилий предпринимается сегодня, чтобы сформировать у людей языческий образ жизни! И вопросы мировоззрения уходят на задний план — какая разница, кто в какого бога верит и верит ли вообще, главное, чтобы жил по закону плоти, по языческому закону… И опасность, нависшая сегодня над духовной жизнью людей, не меньше, чем в прошлые времена, когда чаще всего угроза была физическая, а не духовная.

Нам явлен образ Спасителя для того, чтобы мы, подобно древним жителям Эдессы, спаслись — спаслись от нового языческого пленения, от безумия, которое захватило и захватывает сознание людей. Этот образ, явившийся нам так неожиданно, — разве не Божие чудо, являемое Москве, России и всему миру? И может быть, сегодня как-то особенно прозвучали слова из послания апостола Павла к Колоссянам, которые мы только что слышали. Говоря об Иисусе Христе, апостол свидетельствует: Он есть образ Бога невидимого, человеческий образ Бога, невероятная и непостижимая Божественная тайна (см. Кол. 1:15). В человеческом облике Бог является людям, и возжелал Господь, чтобы Его изображение также вошло в историю рода людского.

Икона дает нам возможность видеть невидимого Бога, возможность соприкасаться с невидимой Божественной реальностью. Если картины помогают нам увидеть прошлое, понять духовный мир художника и его эпохи, многому научиться и многое понять из прошлого, то икона помогает нам видеть вечное — и прошлое, и настоящее, и будущее, тот мир духовный, ту реальность, в которой пребывает Бог. Через икону мы своими человеческими очами всматриваемся в этот мир, и не просто взираем на него, но икона становится неким каналом, обеспечивающим связь человека с этим миром. Через эстетический образ открывается Божественная реальность и воздействует на человека так, что он становится способным видеть иное бытие.

Вот почему мы называем икону святыней — потому, что есть нечто непостижимое в воздействии образа, Божественного образа, на человека. Это не просто эстетическое наслаждение, не просто эстетический восторг — это действительно обретение иного мира. И через огромное по силе духовное воздействие человек приземленный, укорененный в исторической реальности, становится способным, поднявшись над этой реальностью, увидеть Бога и прикоснуться к вечности.

Вот почему Церковь так бережно на протяжении столетий и тысячелетий сохраняла иконы, поклонялась им как великой святыне. А разорение приходило на землю тогда, когда наследники царя Авгаря, становясь язычниками и безбожниками, разрушали эти святыни. Все совершается по воле Божией — за грехи человека он лишается святыни, и возвращаются святыни тогда, когда люди становятся достойными и способными их принять.

Вчерашний день помогает всем нам понять, что такое время наступило. И как с открытием Нерукотворного образа враг отступил от Эдессы, так и сегодня мы верим, что враг рода человеческого отступит от нашего народа по мере возвращения святынь, по мере обретения возможностей прикасаться через эти святыни не только к земной красоте, но к Божественной красоте иного бытия.

И сегодня в этом месте, где нес свое служение преподобный Андрей Рублев, где доныне сохраняются иконы, которые по милости Божией не были разрушены в годы лихолетья, мы молимся о том, чтобы народ наш, обращающийся к Богу, открыл свой разум и сердце к восприятию Божественного мира и чтобы великие святыни земли нашей — чудотворные иконы — помогали людям в условиях земного бытия обретать вечность. Аминь.